Кассир Мария Сквознякова о годах оккупации в Клинцах

ГлавнаяПрямая речьКассир Мария Сквознякова о годах оккупации в Клинцах

Можно бы сказать, что в записанных нашим корреспондентом воспоминаниях уроженки Клинцов Марии Андреевны Сквозняковой (Легенько) нет ничего особо примечательного. Если бы не одна деталь.

Об этом времени большинство наших, оказавшихся в таких же обстоятельствах, и еще живых стариков, вообще не хотят ничего говорить.

Вещие сны

В день начала войны 22 июня 1941 года я была в пионерлагере, в десяти километрах от Клинцов. Услышав о начале войны по радио, начальство лагеря разбежалось и нас бросило. Ну, и мы пошли домой пешком, кто куда. Я тогда окончила девять классов, мне было шестнадцать лет. В молодости я ничего не боялась, вот и про войну всерьез не думала. Считала, что мы немцев в течение нескольких дней разобьем, как говорил нарком товарищ Ворошилов.
Мне порой снились странные сны, которые потом сбывались. Вот и в июне сорок первого мне приснилась географическая карта СССР, светящаяся, а по ней с запада ползет страшная черная стрела с надписью «Германия». И вскоре началась война. Через два года был мне еще сон. С крыльца я увидела, над озером шар летит с тремя толстяками. И только много позже узнала, что в эти дни как раз Сталин заключил в Тегеране договор с Черчиллем и Рузвельтом. Странное такое совпадение.

В нашей семье, отец — бухгалтер, было пятеро детей, девочек. Прокорми их, попробуй! Так что в сытости мы никогда не жили. Я девочкой помню голод 34 года, когда мы ели тошнотики из мерзлой картошки, а мама пекла блины из очисток. Меня рвало от этих тошнотиков. Выжили как-то!

А война до Клинцов добралась очень быстро. Наши ушли из города без боя. Его поначалу и не бомбили. Об эвакуации никаких разговоров не велось, не знаю, почему. Наш дом, он и сейчас цел, стоял на выселках у Стодольского озера, у оврага. Это обстоятельство в войну выручило наше семейство. Овраг был рядом, куда мы прятали корову. Немцы корову не забрали, и она спасла нас от голода.

Когда немцы зашли в город, они собрали на площади евреев, тех, кто не успел уйти, и всех расстреляли за городом. Это был ужас. Но человек так устроен, что привыкает ко всему. Тем более что новых зверств учинено не было. И какая-то странная жизнь началась. Война была далеко, надо было как-то жить и что-то есть. Чтобы получить карточку, чтобы не угнали на работу в Германию, я устроилась в какую-то артель, где мы в две смены лепили горшки и вязали маты. Во вторую смену я возвращалась домой в темноте, но нам давали пропуска, чтобы патруль не задержал.

Ночные гости

Помимо немцев в Клинцах стояли итальянские и венгерские части. И вот один итальянец меня приметил случайно, среди прочих выделил. А я была боевая и хорошенькая тогда. Пытался ухаживать, до дома провожать. Ничего неприличного не было. Все уговаривал выйти за него замуж. Обещал в Италию увезти, как только война кончится. Но мама однажды нас двоих увидела, и эти встречи запретила. Да вскоре моего итальянца отправили на фронт. Я ведь поначалу даже на танцы в городской парк ходила. Немцам там появляться было запрещено, а наших ребят было всего ничего, одни девчонки. И вот прилип ко мне парень, противный, наглый, из полицаев. Всё лапал. Я и бросила эти танцы.

Отец при немцах работал в городской управе на какой-то мелкой должности. Как теперь, понимаю, у него была помимо дневной, и еще одна, ночная жизнь. По ночам к нам осторожно стучались ночные гости. О чем они говорили с отцом и что обсуждали, я не знала. И уходили они всегда через черный ход, кустами, к озеру. Но то, что после войны отца не арестовали, как многих, а сразу взяли на работу, причем в военкомат, думаю, говорит многом. Но об этих тайных делах отец ничего так и не рассказал и потом, когда немцев прогнали. И еще был эпизод: в сорок четвертом, после освобождения я заканчивала школу, и меня исключили из комсомола с формулировкой «За плохое поведение при немцах». Отец увидел меня в слезах, расспросил, что и как, сходил в райком, и меня восстановили в комсомоле. Значит, весомый был его голос.

Потом, после войны всех быстро поделили на героев и не героев, в анкетах ввели графу «находился или нет на оккупированной территории», и ответ на этот вопрос многим испортил жизнь. Но ведь на оккупированной территории оказались миллионы и миллионы людей, и это была не их вина, а скорее беда. И им надо было как-то выжить, спасти детей. Как?

У нас был сосед Мущинин. Знаю, что он лично вычеркнул меня из списков для отправки на работу в Германию и тем самым, скорее всего, спас мне жизнь. А своей же племяннице помочь не смог. Ее увези, и сгинула девушка. Этого дядьку, который никому ничего плохого не сделал, в первые дни после освобождения, когда в городе толком и власти никакой не было, расстреляли прямо на улице неизвестные люди. Наверно, он знал что-то опасное для них и мог потом рассказать?

На лодочке

Признаюсь, что читать я никогда не любила, в семье никаких книг не было, одно богатство в семье имелось — медный самовар. Училась я не хуже других, а по математике — вообще отлично. И такой характер — веселая и беспечная. Кавалеров не искала, они меня сами находили. Так и познакомилась в сорок четвертом году с очень славным парнем Ваней Шкондиным. Родом он был с Кубани, а его воинская часть перед отправкой на фронт располагалась в Унече. Ваня мне подарил свою маленькую фотографию. Красивый был, сильный. Летчик. Влюбилась в него без памяти. Я вообще влюбчивая была. А вот только на лодочке по озеру мы с ним и успели всего разик покататься, да поцеловал он меня на прощание. Я так и обмерла. Потом с фронта писал, потом перестал. И мне из части на мой запрос пришел ответ, что геройски погиб летчик Шкондин при выполнении боевого задания. Я замуж-то потом только через пять лет вышла, не могла никак забыть Ваню. Да и сейчас помню.

Жизнь моя так сложилась, что почти всю ее я в Клинцах провела. Кассир в гастрономе на улице Свердлова. Между прочим, начальство меня отмечало: всегда у меня все сходилось в отчетах до копеечки. Никаких богатств не накопила, да и не жалею об этом. Жаль только, что мало где побывала, вот Москвы-столицы нашей так и не повидала.

Записал Ю.Ф

В дополнение к теме
«Немцы оставили Клинцы 20 сентября 1943 года, но еще два дня взвод солдат-факельщиков жег город — дома и промышленные здания, и никто им не мешал. В Клинцах ждали партизан, но те в город не вошли. Пожары в Клинцах были видны за 10 километров. Наши части вошли в город без боя. И, видимо, именно поэтому не появилось „Клинцовских“ подразделений, хотя ранее были присвоены звания „Унечских“ частям, с боями освободившими Унечу. В первые дни после освобождения города от немцев были установлены несколько виселиц, и были совершены публичные казни полицейских, начались самосуды. Призывники развернутых в Клинцах полевых военкоматов, как оставшиеся на оккупированной территории в большей части попали в штрафные батальоны и почти все вскоре погибли под Гомелем при форсировании реки Сож. Им даже не выдали военное обмундирование».
(Из сборника «Клинцовский летописец». 2004 г.)

Довоенное фото: сёстры Муся (слева) и Лида Легенько

 1352 Опубликовано: 13.06.2016 | Рубрики: Прямая речь | Метки: , , ,
Вы решили оставить комментарий к статье. Действия по шагам:
  1. Написали в отведенном поле комментарий
  2. После этого у вас два варианта: зайти через вашу соцсеть или анонимно. Через соцсеть, кстати, очень удобно
  3. Если все же - анонимно, то надо указать псевдоним и нажать на появившуюся кнопку «Войти как гость»
  4. Нажать появившуюся кнопку «Комментировать» (что означает «отправить»)
  5. … И тогда после модерации ваше письмо появится на сайте нашего журнала.
Социальные комментарии Cackle
Также читайте

Ирина Кеня: «Мне скучать некогда»

Опубликовано 08.12.2016

Собеседник журнала — краевед, председатель правления Фонда имени братьев Могилевцевых Ирина Алексеевна Кеня.

Рассказ из новой книги Фаева: «В нашем старом доме»

Опубликовано 12.01.2021

Однажды папа рассказал, почему в нашем доме поставили ставни. Произошло это под впечатлением случая с Ведерниковыми. В конце войны капитан Ведерников получил отпуск по ранению, приехал к жене в Брянск, а ночью в дверь их домика постучали.

«Это наша Лиза…»

Опубликовано 15.05.2018

 Наша читательница — о замечательных  людях, которые помогли вернуть из забвения память о герое Великой Отечественной, нашей землячке  Елизавете Беневской (1915-1942).

10 книг профессора Биккуловой для необитаемого острова

Опубликовано 30.03.2017

Продолжаем нашу популярную рубрику. О своих любимых книгах рассказывает профессор, декан филологического факультета БГУ Ирина Биккулова.

Брянские.РФ © 2021

Информация, распространяемая от имени сайта «Брянские.РФ» является его интеллектуальной собственностью. При цитировании и использовании материалов ссылка на «Брянские.РФ» обязательна. При цитировании и использовании в интернете гиперссылка (hyperlink) на http://брянские.рф обязательна.
Брянск – Янск.ру – Брянский поисковик. Новости, реклама, авто, недвижимость, организации - поиск по Брянску